do ruštiny

Это я

Оскар Клод Моне:
Дама с зонтиком (1886)

Дама с зонтиком — это я.
У Камиллы зонтик от солнца.
Пожелаем ей спокойствия.
Видите за ней Жана?
Камилла была обожаема.
Тогда Клод, которому возраст
Христа
Был начертан на лбу,
Восходом солнца шумно, весело
разогнал стоячие воды
Луи Леруа.
Дама с зонтиком — это я.
Я знаю то, что знаю:
Клод волшебством момента
словно козырем побил все карты.
А я, вторая мать Жана,
Стою на ветру
с голубым шарфом,
Как будто меня кто-то рисует.
И наконец случилось.
Клод набросал меня на холст,
Придав мне сходство с больной Камиллой.
Посмотрите на меня —
То, что на поясе, не цветок.
Даже не видно лица абриса…
Дама с зонтиком — это я!
Я, Клод.

 

До той самой улыбки
Леонардо

В пору младенческих игр
погладила ему губы птица
перьями своих крыл
(когда жребий бросает судьба,
то это всегда злая фея).
В кисть была вложена
страсть к высоте,
В колыбели послышался треск.
Опьяненных полётом
приветствовал птиц,
завздыхала Флоренция,
зашуршали травы.
В Тоскании ждёт рассвет
Мадонна в скалах,
травы опять зашуршали,
а Флоренция завздыхала.

Никто не знает, сколько лиц он изобразил
до той самой улыбки.

 

НЕДОЛГАЯ БЕССМЕРТНАЯ ЛЮБОВЬ

Мы балерины Дега.
С глазами, позолочёнными лампами
и мощными прожекторами.
Осыпается парижская синяя краска с занавеса,
так что о неё можно пораниться.
Для нас упоительно смычков звучание,
мы разбрасываем по небу наши звёзды,
а Эдгар абсентно рисует
свои корни орлеанские.
Минуту мы поправляем пачки,
потом головной убор,
а он рассматривает нас в упор,
художник, помешанный на уставших прачках.
Воспевает своих женщин в сонетах,
хочет тем самым затемнить звёзды
в глазах своих прачек.
Но когда балерины на сцене
танцуют,
у него  голове ржут кони,
а черноволосые, рыжие и блондинки
клеят его четырехлистный клевер
себе на подошвы.
Они на синих стрекоз похожи,
что над озёрной гладью реют
в дрожащем воздухе.
В любовь на всю жизнь они не верят.

(preložila Jelena Stepanova)

FacebookmailFacebookmail